А.А. Борисов – певец природы русского Севера

Еще один подарок от Н.В. Вехова нашему сайту – авторский вариант статьи о художнике Александре Алексеевиче Борисове, первом художнике, побывавшем за Полярным кругом.
Журнальные публикации: «Александр Борисов: художник и путешественник». Охота и охотничье хозяйство, 1999, № 6; «Певец природы Русского Севера». Московский журнал, 1999, № 9

ХУДОЖНИК А.А. БОРИСОВ – ПЕВЕЦ ПРИРОДЫ РУССКОГО СЕВЕРА

 Н.В.Вехов

А.Борисов "В Кандалакшском заливе"

А.Борисов “В Кандалакшском заливе”

В 1999 г. исполняется 100 лет с начала экспедиции русского художника Александра Алексеевича Борисова на Новую Землю. Ученик И.И. Шишкина и А.И. Куинджи, Борисов был первым художником, побывавшим за Полярным кругом и в своих произведениях увлекательно рассказавшим о неизвестной стране вечного льда. Всего из своих художественных экспедиций, как называл их Борисов, художник привез более 250 этюдов и картин, большинство из которых написано маслом на морозе, на ледяном, пронизывающем ветру. По этому поводу А.А. Борисов впоследствии напишет: «Работать было очень трудно: приходилось обрезать кисти, делать щетину короткой, растирать краски почти немыслимо. Стужа превращает краски в густое тесто, которого кисть не берет и которое не размазывается по полотну. Со мной бывали случаи, когда во время моих «полярных» работ, что даже скипидар, единственное средство, которое могло бы сделать краски жидкими, не помогал, потому что сам начинал кристаллизоваться на этом адском холоду. У меня есть этюды, которые я писал на морозе в 28,8  С, 3-4 этюда при 37,5  С. При этом кисть приходилось держать в кулаке, прикрытом рукавом малицы, и изо всех сил прижимать к полотну, нанося на него краски. Кисть трещит, ломается, коченеющие руки отказываются служить».[1]  Более 60 ранних произведений художника приобрел П.М. Третьяков для своей знаменитой галереи, составивших экспозицию зала № 22, выделенного специально для картин Борисова. Самое большое собрание его картин находится в запасниках Музея изобразительных искусств в Архангельске. Часть картин хранятся в Государственном Русском Музее (Санкт-Петербург), художественных и краеведческих музеях, картинных галереях Казани, Владивостока, Томска, Якутска, Краснодара, Ельца, Нижнего Новгорода, Великого Устюга и Вологды, частных собраниях в гг.Санкт-Петербург и Москва, Музее Арктики (Санкт-Петербург). Произведения Борисова говорят о его большом колористическом даре. Живописец сумел уловить тончайшие цветовые оттенки в природе Крайнего Севера. Наблюдая плывущие льдины при солнечном освещении, он сравнил их с гигантским калейдоскопом, «в котором картина меняется каждую минуту и каждую минуту представляет все новое и новое до бесконечности сочетание линий и пятен». Сложная игра освещения, богатство цветовых оттенков нашли отражение в этюдах «Карское море. Вид Новой Земли» (1901), «В Карском море» (1901) и «Сани на пятках» (1901). Север не раз удивлял Борисова своими необычайными красками. Талантливый ученик Куинджи, он любил передавать эффекты освещения. Смелые цветовые контрасты видны на картинах «На промысел за оленем» (1901) и «Любимый цвет самоедов» (1901). Приглушенные краски и преобладание пастельных тонов особенно подчеркнуты при неярком зимнем освещении («Ночь на Карском море», 1898) или в ночное время летом («При полуночном солнце на берегу Югорского Шара», 1898). Коллекция произведений Борисова включает в себя в основном этюды. Почти на каждом из них художник вместе с подписью указывал год, месяц и точное число. Написанные по свежему впечатлению и сохранившие всю прелесть живой природы этюды Борисова перерастают рамки этого жанра. По своему эпическому размаху, широкому обобщенному видению, продуманности композиции они воспринимаются как вполне завершенные произведения.

Столетний юбилей со дня рождения художника был отмечен выставкой его картин в Архангельске (1966 г.), Вологде и Красноборске (1967 г.). Позже, его произведения демонстрировались на выставке в Нарьян-Маре (1971 г.), Красноборске (1974 г.) в связи с открытием памятника А.А.Борисову. 110-летний юбилей со дня рождения художника был отмечен выставками его произведений в Великом Устюге и Красноборске (1976). Последняя демонстрация нескольких его картин состоялась в 1996 г. на выставке «Очарованные морем», посвященной 300-летию Российского регулярного флота[2]. Здесь под №№ 47-52, объединенными в раздел «Этюды и эскизы из путешествий художника по Крайнему Северу 1896» выставлялись картины Борисова – «Весенняя ночь на Мурмане», «Птичий базар на Новой Земле», «В ожидании морского зверя», «Гора Южная Маточка при полуночном освещении», «Кекурский мыс на Мурмане», «Лед ранней весной во время морского отлива. Губа «Средняя». Мурман», «В Мурманской гавани в марте», «У берегов Новой Земли», «Среди льдов» и «Весенняя полярная ночь».

А.Борисов "Весенняя ночь на Мурмане"

А.Борисов “Весенняя ночь на Мурмане”

Творчеству А.А.Борисова посвящено несколько специально изданных к его юбилеям брошюр

[3]. Каталоги и местонахождения картин художника приведены в книгах А.Н.Мунина(1967) [4] и Н.П.Борисова(1983, с. 224-243)[5].

Начало творческого пути А.А. Борисова

Александр Алексеевич Борисов

Александр Алексеевич Борисов

Александр Алексеевич Борисов родился 2 (14) ноября 1866 г. в деревне Глубокий Ручей близ города Красноборска. Его родители – Алексей Егорович и Матрена Назаровна – были крестьянами и все детство будущего художника прошло в простой деревенской обстановке. В 1881 г., в возрасте 15 лет, молодой Александр попал в Соловецкий монастырь. На Соловках будущий художник вначале был определен на рыболовную тоню в Савватиевский скит. Рыбная ловля и дивные картины на Соловка захватили Александра и он не заметил как пролетел год. Весной 1884 г. с матерью он снова попал в Соловки. Вначале он занимался уже привычной для него рыбалкой, а осенью отец Ионафан помог ему устроиться учеником в иконописную мастерскую. Архимандрит монастыря, увидев карандашные рисунки Борисова, увез в главную обитель, где в Школе живописи он, будучи послушником, обучался рисованию и иконописи под руководством опытных преподавателей. В июне 1885 г. Соловки посетил президент Академии художеств Великий князь Владимир Александрович. Он обратил внимание на работу Борисова, пообещав устроить его для продолжения занятий и получения художественного образования. Через год Соловки посещает любитель и собиратель живописи генерал Андрей Андреевич Боголюбов (1841-1909), служивший в штабе Петербургского военного округа. Отец Ионафан рассказал ему об обещании Великого князя. Написанное на имя князя прошение и переданное ему через Боголюбова увенчало энергичные хлопоты по устройству судьбы будущего художника. Борисову была выделена небольшая ежемесячная стипендия и 20 сентября 1886 г. будущий художник приехал в Санкт-Петербург[6].

В Петербурге Борисова по-прежнему опекал генерал А.А.Боголюбов. Будущему художнику помогал и знакомый Андрея Андреевича – Болеслав Антонович Яловецкий, директор Александровского механического завода. Они были и учителями, и наставниками будущего художника. Как писал позже А.А.Борисов, вспоминая этих людей: «Каким могучим бойцом всегда уходил я от этих добрых людей! Я говорил себе: так нет же! Никогда я не погибну и не сдамся!!!»[7]. При поддержке Боголюбова в 1887 г. Борисов поступил в рисовальную школу Общества поощрения художеств. Трехлетний курс рисовальной школы Александр одолел за год.

В 1888 г. поступает вольнослушателем в Академию художеств, в гипсовый класс. Его продолжают опекать А.А.Боголюбов и Б.А.Яловецкий. Но и появляются новые попечители – Илья Ильич Кази (1839-1896), директор Балтийского судостроительного завода, и Сергей Юльевич Витте (1849-1915), министр финансов России (с 1892 г.), а позднее – глава Российского правительства (до 1906 г.). Как выяснится позже, поддержка И.И.Кази творческой деятельности будущего художника во многом определит весь успех Борисова. По воспоминаниям С.Ю.Витте «[   ] за Борисова в академию художеств вскладчину платило несколько человек; Кази, между прочим, обыкновенно обращался ко мне для ежегодного за него взноса в академию художеств»[8]. Далее, в своих воспоминаниях С.Ю.Витте отмечает: «Я всегда несколько содействовал карьере Борисова; содействовал устройством выставок картин его как в Берлине, Лондоне, так и в Америке, так как в Америку он приехал через несколько лет после Портсмутского договора, когда еще мое имя пользовалось там большой популярностью, и так как я ему дал рекомендательное письмо к президенту Рузвельту, вследствие чего Рузвельт принял Борисова весьма радушно; это все послужило тому, что его выставки всюду имели блестящий успех»[9].

За период обучения в Академии художеств с 1888 по 1892 гг. творческие достижения будущего художника отмечены двумя малыми и одной большой поощрительными серебряными медалями. За «хорошие успехи в художественных классах» совет Академии художеств удовлетворяет просьбу А.А.Борисова и освобождает его от вноса денег покровителями за учебу и с июня 1892 г. ему назначена стипендия «как государственному крестьянину»[10]. В 1895 г. технику рисунка А.А.Борисов постигал в мастерской И.И.Шишкина, а позднее, в 1896 г., после ухода Ивана Ивановича из Академии, у – А.И.Куинджи.

Летом 1894 г. Борисов воспользовался предложением И.И.Кази, сопровождавшим министра финансов С.Ю.Витте в поездке по северу России с целью выбора на Мурмане удобной гавани для создания военно-морской базы. Художника пригласили в качестве рисовальщика. Александру Алексеевичу вновь представилась возможность посетить полюбившиеся с юности беломорские пейзажи. В обязанности Борисова входили карандашные зарисовки гаваней и бухт, особенно Екатерининской, Териберки и других точек Мурманского побережья Кольского побережья. Совершив плавание на пароходе «Ломоносов» Архангельского-Мурманского пароходства, Александр Алексеевич осуществил свою давнюю мечту побывать в Ледовитом океане. После этого плавания по арктическому морю, художник окончательно поверил в возможность реализации плана специальной высокоширотной экспедиции в Северный Ледовитый океан. И поэтому его дальнейшая жизненная программа формировалась под влиянием увиденного в 1894 г. Он стал усиленно готовится к арктическим плаваниям – к путешествию на Новую Землю. Главной линией его творчества стало правдивое отображение тематики северной природы и покорения ее человеком.

А.Борисов "Северный пейзаж"

А.Борисов “Северный пейзаж”

Весной и в начале лета 1896 г. Борисов совершает длительную поездку на Мурман, где пешком, на оленях и собаках посетил многие примечательные места на севере Кольского полуострова к западу от Иоканги, побывал в Териберке, в Екатерининской гавани, в городе Кола, на острове Кильдин, полуострове Рыбачьем, городе Печенга. Вернувшись из этой поездки художник вместе со своим учеником Д.П.Жуйковым первым рейсом на пароходе «Ломоносов» Архангельско-Мурманского срочного пароходства отбыл на Новую Землю, где посетил организованные архангельским губернатором два становища – сначала «Малые Кармакулы», а затем – «Маточкин Шар». Прибыв на судне 1 августа из «Малых Кармакул» в «Маточкин Шар», Борисов с своими спутниками и несколькими ненцами совершили переход по проливу Маточкин Шар до восточного устья (до Карского моря). За два месяца были написаны его первые новоземельские этюды и картины. Именно здесь состоялось рождение нового русского художника. Арктика, Север, их природа и люди захватили художника и остались навечно в нем.

А.Борисов "Становище. Малые Карамкулы. Маточкин шар"

А.Борисов “Становище. Малые Карамкулы. Маточкин шар”

В конце сентября 1896 г. Борисов с множеством картин уезжает с Новой Земли в Архангельск, а оттуда – в Санкт-Петербург. Будучи проездом в Москве у В.М.Васнецова, показывает ему свои этюды и получает очень высокую оценку. «Этот молодец был проездом у нас в Москве и показал свои этюды В.Васнецову. [   ] В этюдах можно проследить развитие большого таланта и будущего крупного пейзажиста»[11]. Осенью в Санкт-Петербурге Борисов активно готовился к осенней ученической выставке, на которой П.М.Третьяков приобрел для своей галереи много этюдов начинающего художника: «Третьяков купил у молодого академиста 56 этюдов «Полярная страна» (Новая Земля), из них до 20 действительно интересны»[12]. Соученики Борисова по мастерской А.А.Рылов, Н.К.Рерих, В.И.Зарубин и другие с большим интересом смотрели на результаты летней работы товарища по Академии. Отзывы Н.К.Рериха в печати об успехах Александра Алексеевича говорят сами за себя: «В счастливое положение попал, например, художник А.Борисов, недавно временно вернувшийся с Крайнего Севера. [   ] Он выдвинулся за последние 3 года: на ученических выставках Академии, среди работ учеников профессора-руководителя А.И.Куинджи, его северные этюды были из лучших и привлекали общее внимание новизною своих сюжетов»[13]. .

В октябре 1896 г. Борисов приступает к подготовке дипломной работы и одновременно – к участию в весенней академической выставке. На выставке он участвует с двумя картинами – «Полуночное солнце в Ледовитом океане» и «Весенняя полярная ночь». В качестве конкурсных полотен он избирает два – «В области вечного льда. Лето» и «На моржа». За эти картины Борисов по окончании Санкт-Петербургской Академии художеств в 1897 г. получил звание художника.

А.Борисов "Весення полярная ночь"

А.Борисов “Весення полярная ночь”

В сентябре 1897 г. П.М.Третьяков осмотрел новые работы художника и купил два больших полотна – «В области вечного льда. Лето» и «Весенняя полярная ночь». Высокое мастерство учеников А.И.Куинджи, и в частности А.А.Борисова, на академической выставке отмечалось критиками. Так В.В.Стасов писал: «Значительно лучше других, и даже очень отделяются от них, два пейзажа Борисова с далекого нашего Севера (особливо «Весенняя полярная ночь»)»[14]. .И.Е.Репин высоко оценил первые шаги художника: «Это все превосходные и верные, как зеркало, картинки, строго нарисованные и необыкновенно написанные. В них ярко выражена любовь этого русского Нансена к черной воде океана, с белыми льдинами, свежесть и глубина северных тонов, то мрачных, то озаренных резким светом низкого солнца. Горы, наполовину покрытые снегом во время самого жаркого лета, берега, дали, лодки, самоеды в оленьих шкурах и проч. предметы, – все это дышит у него особенной красотой Ледовитого моря и производит впечатление живой правды. Коллекцию его приобрел П.М.Третьяков для своей московской галереи»[15].

«Художественная экспедиция» на Новую Землю.

Центральным событием в творческой жизни А.А.Борисова стала его двухлетняя экспедиции в район Маточкина Шара. Художник и его спутники не раз были на краю гибели во время 200-километрового дрейфа на плавучих льдах в Карском море, вдоль восточного побережья Южного острова. Задуманная сначала как «художественная экспедиция» (с первоначальным маршрутом, включающим плавание через пролив Маточкин Шар, организацию базы на берегу восточного устья пролива, морской переход до мыса Желания и, при благоприятной ледовой обстановке, поход вокруг него), была в действительности скорректирована сложившейся неблагоприятной ледовой обстановкой в восточном устье пролива Маточкин Шар и прилегающей акватории Карского моря. Совершив в июле-августе 1896 г. на карбасе вместе с четырьмя ненцами и двумя зоологами переход до выхода из Маточкина Шара (до устья ручья Ночуев) и обратно [обратный путь был пройден за сутки (!)], Борисов уверовал в относительную легкость прохождения на судне через Маточкин Шар и морских походов близ архипелага в целом.

До поездки на Новую Землю, в 1898 году А.А.Борисов в тренировочных целях совершает экспедицию от Пинеги, через Усть-Цильму, по Печоре до Пустозерска, а далее – по Большеземельской тундре до селения Никольское (современное Хабарово) на берегу пролива Югорский Шар. Далее по западному и восточному берегам обследует остров Вайгач и первым из русских посетил его главные ненецкие[16]. В этой экспедиции художник испытывает себя для зимовок на снегу, привыкает к употреблению в пищу сырого мяса и крови, познает ненецкие обычаи и быт, умение управлять оленями и т.д.[17]. Подробный очерк об этой экспедиции А.А.Борисова с картами маршрута публикует А.М.Филиппов [18]. Опубликованные материалы существенно дополняют документальными сведениями о путешествии по тундрам Русского Севера изданные путевые очерки художника[19].

А.Борисов "На Мурмане. Близ гавани"

А.Борисов “На Мурмане. Близ гавани”

Возвратившись из этой поездки, А.А.Борисов начинал подготовку своей главной экспедиции – на Новую Землю. Уже в ноябре 1898 г. он отмечает, что «в настоящее время хлопочет по снаряжению новой экспедиции, лес для постройки дома-мастерской уже вывезен в нужном количестве и с плотниками заключен контракт, по которому они обязаны его срубить и сдать совершенно готовым не позднее 1 мая 1899 года»[20]. Дом-мастерская строился на Северной Двине, в Красноборске, на родине художника. Чертежи для судна были разработаны специалистом, инженером по строительству яхт (автор – известный петербургский проектировщик В.П.Фан-дер-Флит, который не завершив проект скончался, а работу завершил его брат профессор А.П.Фан-дер-Флит), отданы для постройки по ним помору, капитану парохода «Ломоносов» С.В.Постникову. Постройка парусного судна водоизмещением 40 тонн, названного А.А.Борисовым «Мечта», производилась в беломорском селе Колежма Сумского посада, одном из центров поморского кораблестроения. При проектировании и постройке яхты был учтен опыт плавания в Северном Ледовитом океане поморских судов и знаменитого корабля Фритьофа Нансена «Фрам» (прежде всего – это способность выжиматься изо льдов при их сжатии). «Только в начале июня я попал в Колежму, где и прожил две недели, наблюдая за достройкой судна, по окончании коей, выведя судно при помощи бочек и шняк в море из мелкой и каменистой речки, отправил его под надзором своего капитана в Соловецкий сухой док, чтобы там прикрепить чугунный и железный кили. Сам же я тем временем отправился на три дня в Красноборск для погрузки на баржу и отправки в Архангельск дома, предназначенного для Новой Земли»[21].

Общий объем грузов, предназначенных к перевозке на Новую Землю, составил 40 000 пудов. Среди необходимого снаряжения было две сотни веников для бани. Интересна смета экспедиции А.А.Борисова. «Судно – 4 000 руб., при постройке его оказалось, что не достанет 3 000 руб. (вследствие крепкой постройки, специально для льдов, непроницаемых перегородок и пр.), железный киль и за подъем в док судна, прикрепление киля – 1 500 руб., две (шлюпки) шняки, они на тот случай, если судном дальше, между льдинами возле берегов, идти нельзя, мы поставим его в уютную бухту и сами на шняках следуем дальше; жалованье повару – 25 рублей, чтобы более подготовить его, я привез его в Петербург, хорошо подготовленного в физическом отношении для зимовки на Новой Земле (выносливого), а потому пришлось взять из помор; дом со службами – 1 800 р., на деле оказалось, что не достанет, надо помещение для собак и оленей и два амбара на расстоянии от дома на случай пожара; угля каменного на 500 руб., олени не мурманские, а из-за Печоры, они особенные, так называемые “авки”, воспитанные в чумах самоедов – едят суп, мясо, сено, хлеб – смогут жить без моху, которого зимой на Новой Земле не достать; не две коровы, а три по 40 рубл., 40 собак по 25 руб., три дробовика, 7 винтовок – 720 руб.; книги – 800 руб.; художественные принадлежности – 2 000 руб.; провизия на 8 человек – 16 000 руб. […] Всего 32 671 руб., получено (от Министерства финансов) за вычетом моих 7 000 руб. – 25 671 руб.»[22]. Эти деньги художник получил только при протежировании И.И.Кази и С.Ю.Витте своих идей арктических художественных экспедиций, иначе же все его «предприятия» так и остались бы в мечтах. Выделенная сумма для того времени была очень значительной и непосильной для любого мецената, даже если бы они симпатизировали Борисову или хотели помочь художнику.

Особое место в подготовке будущей экспедиции А.А.Борисов уделил подбору людей. Прежде всего в состав экспедиции он хотел пригласить ученых – зоолога, астронома. Успех предстоящего плавания, особенно во льдах, во многом зависел от опыта капитана «Мечты». А.А.Борисов очень хотел пригласить на эту должность С.В.Постникова, капитана парохода «Ломоносов», строившего «Мечту», но в конечном счете художнику пришлось самому вести судно в море. В истории русского искусства не было другого примера экспедиции, предпринятой с художественной целью и отличающейся таким размахом подготовки[23].

Несмотря на все усилия А.А.Борисова, в 1899 г. на Новую Землю пароходом «Владимир» из-за его малой вместимости была перевезена лишь часть грузов будущей экспедиции. 21 июля судно пришло в Маточкин Шар. «На Новой Земле лес был выгружен моими рабочими [   ]. Пароход торопился уйти, лес вывалили на берег в совершенном беспорядке, оставляя его наполовину в воде, а потому лес, разбросанный ветром и волнением, выстилал берег всей губы и лишь, благодаря счастью, я не потерял ни одного бревна»[24].

В течение месяца на берегу Поморской губы укладывали лес в штабеля и закрепили его, чтобы не разнесло ветром. После утомительной и однообразной работы по выгрузке и штабелированию леса, А.А.Борисов вместе с ненцем на карбасе пошел в Маточкин Шар «на этюды». Остановился у большого ледника, названного А.А.Борисовым в честь Павла Михайловича Третьякова. Три дня художник писал здесь этюды Маточкина Шара.

А.Борисов "У берегов Новой земли"

А.Борисов “У берегов Новой земли”

«Мечта» пришла с Соловков только 22 августа, а 24 августа Борисов на судне уже вышел в Маточкин Шар. Первая стоянка – у ледника Третьякова. Время стоянки художник использовал для восхождения на гору Вильчека и написания этюдов Маточкина Шара с высоты «птичьего полета». В походе Борисов использовал 14 собак, перевозящих нарты с поклажей; в качестве погонщиков – Прокопия Вылку и его дочь. 2 сентября Борисов, четыре матроса и два ненца начали восхождение на гору. Собаки тащили нарты по леднику, проваливались в трещины. Через самые широкие трещины люди и животные переходили по специально взятым для этих целей доскам. Общая протяженность подъема составила около 10 верст. С увеличение высоты и крутизны склонов путь становился все тяжелее; пришлось уменьшать вес груза, оставляя по пути часть снаряжения – палатки, спальные мешки, малицы и прочее. Вверх тащили с собой лишь самое необходимое – чайник, провизию, палки, багры, пешни, веревки, доски для перехода через трещины, фотоаппарат, ящик с красками[25]. Ночевать приходилось на голом льду, на крутых склонах с уклоном в 40°, на узком гребне голого каменистого грунта. С северной стороны гребня – обрыв в глубокую пропасть с обледеневшими бортами, с юга – голый каменистый обрыв с осыпью. Собак и нарты под присмотром ненцев оставили в лагере. Остальные участники маршрута продолжили восхождение, добрались до высоты 832 м. Борисов написал здесь два этюда.

Совершили переход и восхождение на другую вершину высотой 1 000 м. Сведений о названии этой высоты в пространном описании своего путешествия у А.А.Борисова нет. На современных картах в этом районе лишь пик Седова имеет примерно такую же высоту – 1 070 м. Поэтому из контекста публикации А.А.Борисова в журнале «Нива»[26] неясно о какой вершине идет речь. На горе Вильчека (на современных картах указано «горы Вильчека») поставили крест из доски и вырезали на ней свои имена. Внутри гурия, рядом с крестом, обнаружили дубовый ящик с двумя термометрами (максимальным и минимальным), оставленными в 1872 году участниками австрийской экспедиции Гефером и Вильчеком. За прошедшие двадцать семь лет минимальная температура была – 56, а максимальная – +15. Этот факт был описан в научной литературе[27]. Новая Земля стала одним из центров холода в Евразии.

Спустившись с горы, пошли на яхте к восточному устью Маточкина Шара. Но 4 сентября при усилившемся восточном ветре прекратили движение к Карскому морю, а 5 сентября ветер переменился на теплый западный и под проливным дождем участники экспедиции спустились с гор. Добрались до мыса Снежный. Ночью ветер задул с северо-востока и Борисов со своими спутниками возвратились к мысу Моржов (у А.А.Борисова – Моржов Нос), остановились у ледника Третьякова. С 7 по 10 сентября, во время стоянки, художник поднимался на ледник и писал этюды. Только 10 сентября с попутным ветром экспедиция продолжила свое плавание на восток. Сильные течения в Маточкином Шаре создавали значительные помехи для плавания (особенно, водовороты и образуемые ими воронки) и заметно замедляли ход «Мечты». Лишь 12 сентября судно вышло в Карское море. Пройдя мыс Выходной Борисов обнаружил отсутствие льда на значительной акватории в пределах видимости вокруг восточного устья пролива. Затем на яхте зашли в Белужью губу, выгрузили на берег груз для экспедиции будущего года и быстро дошли до Поморской губы.

«Я не построил дом в этом году, вследствии того, что не хотел рисковать и напрасно возить 6-7 человек плотников с оплатой по 40 рублей в месяц, кроме содержания, ибо год был необычайно ледяной и могло случиться, что никто из нас не попал бы на Новую Землю, и в был бы введен в совершенно непроизводительный расход. Не имея по смете ни копейки на фрахт парохода, ни вообще на перевозку (между тем одному великоустюгскому купцу Н.В.Кострову пришлось уплатить 1 200 р. за перевозку дома и части провизии из Красноборска в Архангельск, не считая разных погрузок, перегрузок и выгрузок), я принужден был довольствоваться попутным рейсом Мурманского пароходства, пославшего такой маленький пароход, который мог вместить лишь один дом и то без кирпича и печей; во второй же рейс пароход, нагруженный провизией и топливом для самоедов, не мог взять остального имущества, а потому я принужден отложить зимовку на год, когда будет все перевезено, то есть на 1900-1901 год. Наконец, так как Мурманское пароходство наотрез отказалось дозволить пароходу пройти сквозь Маточкин Шар, я принужден был выгрузить лес не на Карской стороне, как это предполагалось, а в западном устье Маточкина Шара» ([28].

После двухдневного отдыха в Поморской губе и написания нескольких этюдов 16 сентября на яхте «Мечта» Борисов отбыл в Архангельск. 26 сентября «Мечта» была у мурманского берега, а 9 октября судно бросило якорь в Архангельске. Испытав яхту, А.А.Борисов отмечает, что «судно по морским качествам великолепное и, несмотря на то, что в продолжении нашего пути в Белое море и Ледовитом океане погибло более 10 судов, мы кроме сильной качки, не испытали никакой опасности и нередко обходили поморские суда. Но, чтобы еще более приспособить судно для плавания во льдах, я решил обшить его железом, ибо иначе льдом, как сталью, дерет обшивку»[29].

В мая 1900 г. погрузив на рейсовый пароход оставшееся от прошлого года снаряжение, двух коров, прессованное сено и двадцать ездовых собак, отправляется на Новую Землю. В состав экспедиции художник включил своим помощником зоолога Харьковского университета Т.Е.Тимофеева, на должность гидролога на лето (без зимовки) он пригласил химика Санкт-Петербургского университета А.М.Филиппова. Экипаж яхты «Мечта» состоял исключительно из поморов; должность штурмана исполнял Евгений Хохлин, матросами были Трофим Окулов, Федор Еремин и Дмитрий Попов. В состав экспедиции вошли также канинский ненец, охотник и меткий стрелок Устин Канюков, рабочие Александр Кузнецов и Алексей Соболев; для сборки дома были взяты печник Василий Теплых и плотник Петр Тропин.

А.Борисов "Лопарская деревня Москва близ Печенгского монастыря на Мурмане"

А.Борисов “Лопарская деревня Москва близ Печенгского монастыря на Мурмане”

Экспедиция отбыла 11 июля из Архангельска на пароходе «Владимир» с заходом на остров Колгуев для покупки оленей у местных ненцев. Прибыв на остров 13 июля (в Бугрино) и потеряв сутки на поиски ненцев и оленей (простой обошелся художнику в 300 рублей), Борисов так и не купил оленей. Вечером 18 июля судно бросило якорь в Поморской губе Маточкина Шара[30].

Дом-мастерскую художник начал строить неподалеку от ненецкого становища, у подножья горы Пила. Все окна дома Борисов решил разместить по северной стене, откуда открывались наиболее интересные виды на великолепные заснеженные горы. Дом был квадратный, размером 5 сажень на 5 сажень (примерно 10,7 м х 10,7 м), срубленный из толстых сосновых бревен (диаметр бревен до 7-8 вершков, примерно 31-35,6 см), хорошо проконопачен, а нижние венцы были просмолены. Насланные полы были двойные, а промежуток между половицами был засыпан песком. Дом имел три жилых комнаты, встроенную баню, кладовую и хлев для коров. Над хлевом, уровень которого был ниже других внутренних помещений, размещался сеновал. На большом чердаке хранились различные припасы и экспедиционное снаряжение. Снаружи дом был обшит тесом и покрыт бледно-желтой краской. Высота комнат доходила до 4,5 аршин (2,8 м), а мастерской – до 5 аршин (3,6 м); мастерская хорошо освещалась через большое окно. Обилие света – необходимое условие, которое требовалось для работы над полотнами[31]. Для освещения дома в зимнее время было завезено 5 бочек керосина. Для неприкосновенного запаса было доставлено много консервов, но их использовали редко. Как оказалось впоследствии, зимовщики питались почти исключительно свежим оленьим мясом и молоком.

Интересно, что по воспоминаниям участников различных экспедиций дом Борисова сохранялся до шестидесятых годов ХХ в. В нем останавливалось много известных путешественников – например, геолог В.А.Русанов в 1908 г.[32], художник В.В.Переплетчиков в 1913 г.[33]. В 1900-х годах дом еще сохранял борисовскую обстановку – «[   ] в полной сохранности остался не только дом художника, состоящий из нескольких комнат, но и обстановка его: венские стулья, качалка, письменный стол, мраморный умывальник, постель и проч. Здесь нашли себе приют прибывшие на пароходе русская и шведская экспедиции»[34]. После отъезда художника с Новой Земли «в избе Борисова живут самоеды, только мастерская, – комната с большими окнами, необитаема»[35]. В период функционирования здесь становища «Маточкин Шар» в доме жили промысловики-зверобои. В 1993 г. сотрудники Морской арктической комплексной экспедиции (МАКЭ) Российского НИИ культурного и природного наследия Минкультуры РФ и РАН обследовали остатки борисовского дома, обнаружив на месте бывшей мастерской художника лишь нижние венцы бревен сруба, настил пола, развал печных кирпичей и мусор[36].

А.Борисов "Река Териберка и треско-промысловые шняки"

А.Борисов “Река Териберка и треско-промысловые шняки”

Для отопления дома на специально зафрахтованной шхуне Борисов завез с беломорского берега несколько десятков кубических саженей дров. Хозяин этой шхуны Е.Хохлин стал штурманом яхты «Мечта». Художник завез на остров и обширную библиотеку (2 больших сундука) отечественной и европейской классики, изданных А.Ф.Марксом.

«Мечта» вышла с Соловков с большим запозданием, вызванным медленным темпом работ по обшивке судна железом, и бросила якорь в Поморской губе только 5 августа. На ней были привезены двадцать ездовых собак, запасные бревна и шлюпка, специально построенная для похода среди льдов вдоль восточных берегов Новой Земли. В общей сложности для переходов по Новой Земле у Борисова теперь было 40 ездовых собак.

По первоначальному плану предполагалось, что, выйдя 15-20 августа из Поморской губы, на «Мечте», экспедиция пройдет Маточкиным Шаром на восток. После остановки в Тюленьей губе Борисов и Тимофеев должны были отправиться на яхте вдоль восточного берега на север, устраивая склады через каждые 50 верст для главной поездки будущего года на собаках. В самом северном пункте должен был быть наиболее крупный склад. На обратном пути художник предполагал оставить судно в Тюленьем заливе на зиму, а сам с командой вернуться в Поморскую губу, на свою базу. В марте-апреле Борисов планировал вместе с Тимофеевым, несколькими членами экспедиции и ненцами отправиться на собаках на север архипелага и попытаться достичь мыса Желания. «Мечта» должна была подойти к мысу Желания осенью, снять Борисова и его спутников[37].

Но первоначальному плану не суждено было осуществиться. Борисов все медлил с выходом в море, хотя до 25 августа пролив Маточкин Шар был свободен ото льда. Выход экспедиции задерживался на 3 недели, что в условиях Арктики существенно корректирует планы работ, особенно в связи с изменением ледовой обстановки. Как окажется в дальнейшем, именно эта задержка стала причиной последующих неудач экспедиции А.А.Борисова. Экспедиция вышла из Поморской губы, когда Маточкин Шар уже был сильно загроможден льдом (один человек был оставлен на базе для проведения постоянных метеорологических наблюдений). Стокилометровый пролив был пройден в тяжелых ледовых условиях за 2 недели. Дойдя до Тюленьей губы, судно покинул Филиппов, который вместе с несколькими ненцами на карбасе вернулся в Поморскую губу.

А.Борисов "Долина реки Маточки на Новой земле"

А.Борисов “Долина реки Маточки на Новой земле”

После шторма, который экспедиция пережидала в Тюленьем заливе, «Мечта» при тихой погоде вышла в Карское море. По пути убили белого медведя. Пробиваясь с трудом среди плотных льдов, «Мечта» только в середине сентября достигла залива Чекина. Борисов принял решение выгрузить все припасы, предназначенные для устройства складов, у залива Чекина и отправиться на яхте зимовать в Тюлений залив. На обратном пути в Маточкин Шар судно затерло льдами, и прижало к берегу. Льды смерзлись, и вместе с «Мечтой» медленно дрейфовали к Маточкину Шару. Но, не доходя около 6 верст до восточного устья пролива, скорость дрейфа льда со вмерзшим в него судном резко увеличилась, и экспедиция стала быстро удаляться на юг. 27 сентября, видя безысходность своего положения, Борисов решает бросить «Мечту» и, взяв шлюпки, самое необходимое снаряжение пешком по льду идти к берегу. Дрейфующих на плавучих льдах путешественников отнесло на 200 км к югу, до широты устья реки Савиной, где их заметили пришедшие на карскую сторону, на промыслы, ненцы и спасли. 3 октября ненцы на шлюпках сняли терпевших бедствие Борисова и его экспедицию и доставили на берег. Проведя почти 10 дней в стойбище, Борисов со спутниками в сопровождении ненцев двинулись на западный берег, пересекли Южный остров поперек до становища «Малые Кармакулы», а оттуда – в Поморскую губу. Общая протяженность этого перехода составила примерно 400 верст и он занял около 3 недель. Неделя ушла на переход до становища «Малые Кармакулы»[38], где экспедиция встретила радушный прием отца Дорофея и фельдшера П.Я.Виноградова. По пути из «Малых Кармакул» в Поморскую губу путешественники провели одну из дневок в развалившейся промысловой избе в губе Грибовая. 31 октября закончился этот этап экспедиции, и Борисов достиг Поморской губы.

А.Борисов "Чум ненцев в Малых Кармакулах на Новой Земле"

А.Борисов “Чум ненцев в Малых Кармакулах на Новой Земле”

Зимовку путешественники перенесли хорошо. Случаев заболеваний цинги не было, чему способствовала продуманная организация экспедиции – сбалансированное и разнообразное питание, занятия на свежем воздухе, работа, отсутствие сырости в доме и благоприятный психологический климат. В зимний период Борисов в основном занимался рисованием – он дописывал начатые картины, углем нарисовал несколько портретов самоедов.

11 апреля 1901 г. Борисов с зоологом Тимофеевым и двумя ненцами на собаках по льду пролива Маточкин Шар отправились на карскую сторону. Собаки везли снаряжение на санях, а люди шли пешком. Один из ненцев сбежал, видимо, испугавшись повторения прошлогодней истории. Борисов достиг Медвежьего залива, где в самом северном конце открыл большой ледник, назвал его в честь С.Ю.Витте, и зарисовал. В ходе этого маршрута экспедиция проникла вглубь залива Незнаемого залива и посетила залив Чекина. Обратное движение к Маточкину Шару, в Тюлений залив, где их ждала шлюпка, Борисов начал в конце июня. На обратном пути по Маточкину Шару сильным штормом сломало мачту и выбросило шлюпку на острые камни. На шлюпке все же перебрались на южный берег пролива. Экспедиция высадилась в заливе Тарасова, три дня пережидала здесь шторм и пошла в Поморскую губу. Но пролив был забит льдом, собаки разбежались, Борисов со спутниками вытащили шлюпку на берег и пешком пошли на базу. В устье реки Чиракина нашли старую лодку, проканапатили ее кое-как и с большой течью дошли до Поморской губы. Продолжительность всего этого маршрута составила 106 дней.

Через несколько дней в Поморскую губу зашел пароход «Пахтусов», на котором по любезному приглашению начальника экспедиции Северного Ледовитого океана А.И.Вилькицкого и командира корабля А.И.Варнека экспедиция А.А.Борисова добралась до Соловков, а оттуда на монастырском пароходе 5 сентября 1901 г. прибыла в Архангельск.

А.Борисов "В области вечного льда"

А.Борисов “В области вечного льда”

Каковы же результаты экспедиции Борисова ?

Хотя первоначальному плану экспедиции художника Борисова (постройка зимовочной базы на восточном, карском, побережье Новой Земли, поход вдоль восточного побережья до мыса Желания) не суждено было осуществиться, она является уникальным событием в истории исследования Новой Земли. Наиболее значительным следует признать вклад А.А.Борисова и его спутников в изучение и описание практически необследованного участка береговой области карского побережья Северного острова от устья Маточкина Шара до залива Медвежий. Общие очертания побережья и входы в заливы были нанесены схематично на карту экспедицией П.К.Пахтусова в первой половине XIX в.[39]. Т.Е.Тимофеев, участник экспедиции А.А.Борисова, выполнявший топографические работы во время маршрута весной 1901 г. нанес на карту 35 новых географических названий. Оригинальная карта с новыми названиями была опубликована другим участником экспедиции А.М.Филипповым[40] в трудах всемирно признанного географического издания «Dr. A.PetermannsMitteilungenausJustusPerthesGeographischerAustalt», где помещались многие карты экспедиций и плаваний XIX в. 33 новых географических названия были установлены для заливов Чекина, Незнаемый и Медвежий и два – для северного и южного побережий пролива Маточкин Шар [ледник Третьякова (южное побережье Северного острова) и ледник Васнецова (северное побережье Южного острова)]. Благодаря экспедиции Борисова на карте Новой Земли появилось много «художественных топонимов». Мысы, горы, ручьи и ледники Борисов называл в честь:

– деятелей искусства, причастных к становлению художника, его учителей, покровителей и меценатов (мыс Боголюбова, ледник и мыс Васнецова, мыс Верещагина, ледник и залив Витте, бухта Ермолова, мыс и гора Кази, мыс Крамского, мыс Куинджи, мыс Путилова, мыс Меца, мыс Репина бухта Романова, мыс и река графа И.Толстого, ледник Третьякова, мыс Шишкина мыс Яловецкого);

– выдающихся географов и исследователей Севера, помогавших художнику в проведении экспедиций (мыс Варнека, мыс и пролив Вилькицкого, пролив Грана, ручей Носилова, бухта (залив) Семенова, бухта Тыртова);

– отечественных ученых, личных знакомых участников экспедиции (ледник Краснова, ледник Рейнгарда, ледник Ярошевского);

– своих спутников по экспедиции (река Алексея Филиппова, гора Тимофеева);

– крупнейших отечественных издателей – река Маркса, чьи книги составили библиотеку в доме художника в Поморской губе, мыс Суворина.

Удачей следует признать проход в 1899 г. через Маточкин Шар в условиях очень сложной ледовой обстановки, какой, по словам промышленников, не было на Новой Земле на протяжении последних 33 лет. Заслуживает внимания ныне уже мало известный факт обнаружения на горах Вильчека максимального и минимального термометров, оставленных на вершине горы участниками австрийской экспедиции Гефером и Вильчеком. Пролежавшие в ящике почти 30 лет (с 1872 г.) и обнаруженные А.А.Борисовым, они позволили установить предел колебаний температуры воздуха в горной местности этого полярного архипелага.

Важные материалы сохранились от экспедиции А.А.Борисова в виде портретов ненцев-переселенцев с материка. «Типы новоземельских ненцев», сведения о зимних промыслах ненцев на карском побережье Южного острова, охоте на промысловых животных представляют большую этнографическую и историческую ценность.

Ценными представляются сведения о зимних миграциях ненцев на карскую сторону Южного острова, где у промысловиков были традиционные районы охоты. В частности, А.А.Борисов пишет о спасших их ненцах, которые пришли на карскую сторону на промыслы и расположились стойбищем из нескольких чумов на крутом берегу близ устья р.Савиной. Этот богатый гольцом промысловый участок сохранял свое значение и в период существования на архипелаге системы организованного островного охотничье-промыслового хозяйства вплоть до 50-х годов ХХ в. Здесь располагались также и одни из лучших оленьих пастбищ.

А.Борисов "Лед ранней весной во время морского отлива в губе Средняя"

А.Борисов “Лед ранней весной во время морского отлива в губе Средняя”

 

[1] Борисов А.А. 1902. На Новую Землю. Очерк полярного путешествия А.А.Борисова // Нива, № 21, с. 418.

[2]Очарованные морем. К 300-летию Российского регулярного флота. Выставка произведений из собраний Государственной Третьяковской галереи и Центрального военно-морского музея. Каталог. Москва, Государственная Третьяковская галерея, 1996. 166 с.

[3]Александр Борисов. Вступительная статья Н.П.Борисова. Вологда: Северо-западное книжное издательство, 1966. 40 с.

Мунин А.Н. 1967. Александр Борисов (К 100-летию со дня рождения). Вологда: Северо-западное книжное издательство. 119 с.

Назимова И.В. 1959. Александр Алексеевич Борисов. Жизнь и творчество. Архангельск: Книжное издательство. 58 с.

[4] Мунин А.Н. 1967, с. 89-119.

[5] Борисов Н.П. 1983. Художник вечных льдов. Жизнь и творчество А.А.Борисова. 1866-1934. Ленинград: Художник РСФСР. 268 с.

[6] Там же.

[7] Там же, стр. 25.

[8] Витте С.Ю. 1924. Воспоминания. Детство. Царствование Александра II и Александра III (1849-1894). Ленинград: Государственное издательство, с. 323.

[9] Там же, с. 325-326.

[10] Борисов Н.П. 1983. Художник вечных льдов. Жизнь и творчество А.А.Борисова. 1866-1934. Ленинград: Художник РСФСР. 268 с.

[11] Нестеров М.В. 1968. Из писем. Л.: Искусство, с. 113.

[12] Борисов Н.П. 1983, с. 56.

[13] Изгой Р. 1899. Наши художественные дела // Искусство и художественная промышленность, № 4-5, с. 375.

[14]. Стасов В.В. 1952. Избранные сочинения. Том 3. М.: Искусство, с. 184.

[15] Репин И.Е. 1901. Воспоминания, статьи и письма из-за границы И.Е.Репина. Под редакцией Н.Б.Северовой. СПб, с. 251-252

[16] Филиппов А.М. 1900. Полярное путешествие художника Борисова (окончание) // Нива, № 23, с. -460.

[17] Борисов А.А. 1899. Художественная экскурсия по Большеземельской тундре и на остров Вайгач // Искусство и художественная промышленность, № 6, с. 413-434.

[18] Филиппов А.М. 1900 а. Полярное путешествие художника Борисова // Нива, № 22, с. 432-440.

Филиппов А.М. 1900 б. Полярное путешествие художника Борисова (окончание) // Нива, № 23, с. 452-460.

[19] Борисов А.А. 1899. Художественная экскурсия по Большеземельской тундре и на остров Вайгач // Искусство и художественная промышленность, № 6, с. 413-434.

Борисов А.А. 1907. У самоедов. От Пинеги до Карского моря. Путевые очерки художника Александра Алексеевича Борисова. СПб. Издание А.Ф.Девриена. 104 с.

[20] Борисов Н.П. 1983 (см.выше), с. 90.

[21] Там же, с. 90-91.

[22] Там же, с. 91-92.

[23] Там же, с. 92.

[24] Там же, с. 93.

[25] Там же, с. 96.

[26] Борисов А.А. 1902. На Новую Землю. Очерк полярного путешествия А.А.Борисова // Нива. № 21. С. 411-419.

[27]Philippow A. 1903. Polarreisen des russischen Malers Borissow // Dr. A.Petermanns Mitteilungen aus Justus Perthes Geographischer Austalt, Bd.49, s. 217-219.

[28] Борисов Н.П. (см.выше), 1983, с. 99.

[29] Там же, с 101.

[30] Там же, с 103-104.

[31] Там же, с. 104-105.

[32] Корякин В.С. 1987. Владимир Александрович Русанов (1875-1913?). М.: Наука, с. 32.

[33]Перпелетчиков В.В. 1917. Север. Очерки русской действительности. М.: Товарищество «Книгоиздательство писателей в Москве», с. 153.

[34] Ивановский М. 1906. Поездка на новую Землю // Циркуляр по Виленскому учебному округу, № 7-8, отдел неофициальный, с. 23-24.

[35] Перпелетчиков В.В. 1917(см.выше), с. 153.

[36] Новая Земля. Труды Морской арктической комплексной экспедиции под общей редакцией П.В.Боярского. Выпуск 4. Том 3. М., 1994, 91-93 с.

[37] Филиппов А.М. 1900 а (см.выше), 1900 б.

[38] Борисов А.А., 1902 (см.выше), с. 415-417.

[39] Попов С. 1977.Полярная одиссея художника // Уральский следопыт, № 8, с. 13-16.

[40]Philippow A. 1903 (см. выше).

About Alexandra

Александра Горяшко, писатель, историк науки. В течение последних 35 лет – внештатный сотрудник Кандалакшского заповедника. 2008-2013 – администратор сайта заповедника. Администратор, автор и редактор сайта "Искусства и ремесла Кольского Севера". Личный сайт: www.alexandra-goryashko.net, почта: alexandragor4@yandex.ru

Comments

А.А. Борисов – певец природы русского Севера — 1 Comment

  1. Pingback: Галерея северных картин А.А. Борисова | Искусства и ремесла Кольского Севера

Leave a Reply

Your email address will not be published.

Are you human or bot? * Time limit is exhausted. Please reload CAPTCHA.