Сайт посвящен людям искусства Кольского Севера.
Художники, мастера декоративно-прикладного искусства, поэты, писатели, музыканты, певцы, фотографы – приглашаем вас размещать на сайте свои работы. У нас так много талантливых людей, давайте покажем наши произведения миру!
Любители и ценители прекрасного, здесь вы можете не только полюбоваться работами талантливых людей, но также купить их произведения или сделать заказ мастеру.
Всем, кто считает работу сайта полезной, мы будем благодарны за финансовую поддержку!

Архангельские фотографы и фотографическое общество. Часть 2

О малоизвестных фактах зарождения фотографии в Архангельске и деятелях местного фотографического общества рассказывает Николай Владимирович Вехов.

Часть 1>>

Заметный след в истории архангельской фотографии оставил ещё один мастер портретов, жанровых снимков и пейзажей — Иван (Ян) Юрьевич Соберг (1885-1942), выходец из Курнальской волости Ревельского уезда Эстляндской (ныне — Эстония) губернии.

Лесозаготовители на отдыхе. 1910-е годы. Фото Я. Соберга

У себя на родине он «окончил четыре класса реального училища и сельскохозяйственные курсы. Занимался земледелием, постигал лесное дело. В 18 лет увлекся фотографией и любовь к ней пронес через всю жизнь. В 1906 году Ян Соберг был мобилизован в армию, где служил писарем в Третьем пехотном полку в Петергофе». Неизвестно, как Соберг после службы в армии оказался в Архангельской губернии.

«Возможно, его привело на Север лесное дело, которым он отчасти занимался». Есть сведения, что раньше тут в Холмогорском уезде обосновался его брат-лесопромышленник, может и это обстоятельство стало причиной его переезда на Русский Север. По крайней мере, именно на лесоразработках в Холмогорском уезде Иваном Юрьевичем выполнен целый цикл фотографий, характеризующий одно из основных занятий населения этой российской губернии — лесозаготовки.

Лесозаготовители. Фото Я. Солберга

Видимо, уже через год он перебрался в Архангельск.  Высказывается мнение, что причиной переезда Соберга в губернский центр стали личные мотивы, он был сильно увлечён «красавицей Марией Амосовой, потомственной архангельской купчихой».

«Желание заниматься фотографией влекло его все больше и больше, и вскоре это занятие стало делом всей его жизни. В 1908 году Ян Юрьевич решает полностью посвятить  себя любимому делу, которое становится его профессией.  далее >>

Архангельские фотографы и фотографическое общество. Часть 1

О малоизвестных фактах зарождения фотографии в Архангельске и деятелях местного фотографического общества рассказывает Николай Владимирович Вехов.

Архангельск. Вид с реки на Троицкий кафедральный собор. Фото Я.Лейцингера. Конец XIX в.

Самые ранние по времени фотографические заведения появились в Архангельске в 1847 году. Пионерами-фотографами были иностранцы. Об открытии одного из таких  «фотоателье» официальное издание губернской администрации так информировало архангелогородцев, поместив следующее объявление: «Дагерротип. В. Вегенер и Ком. из Берлина имеет честь известить почтеннейшую публику о прибытии их в здешний город. – Ежедневно с 10-ти часов утра до 5-ти часов пополудни будут заниматься сниманием дагерротипных портретов в доме Тютлина на Среднем проспекте, где также можно видеть выставку разных портретов их работы. – Цена от 3-х до 10-ти рублей серебром» (1). Как долго пробыл мастер в городе, успешен ли был его бизнес, увы, неизвестно.

Следующее упоминание о фотографах в Архангельске встречается в архивных документах и периодической печати спустя десять лет. 17 июня 1857 года военный губернатор выдал билет на свободное проживание в г. Архангельске «саксонскому подданному из Саунсдорфа фотографу Карлу Генке (Хенке. – Н. Вехов), сроком по 1-е Января будущего 1858 года» (2). Вскоре по приезде Карл Готлиб Генке начал хлопотать об открытии в Архангельске фотографического и дагерротипного заведения для снятия портретов. Выдача подобных разрешений тогда входила исключительно в сферу деятельности губернатора, и никто иной, естественно, кроме него, без справки о благонадёжности от городского полицмейстера, не мог дать такое разрешение. далее >>

Первые художники Русского Севера. Василий Васильевич Переплётчиков

Н.В. Вехов

«В безбрежном океане мерещатся миражи, чудятся допотопные животные,
и в душу невольно заползает мистический ужас»

С.В. Малютин. Портрет
В.В. Переплетчикова

Отечественный художник Василий Васильевич Переплётчиков (1863 — 1918) — один из известных живописцев конца XIX — начала XX вв. Но при жизни и после его произведения не были показаны ни на одной персональной выставке. В наше время работы Переплётчикова разбросаны по государственным музеям и частным коллекциям, его имя основательно забыто, хотя он был фигурой примечательной, активно участвовавшей в художественной жизни Москвы и Петербурга на протяжении более двух десятилетий.

Север в творчестве В.В. Переплётчикова — одна из главных тем. Впервые Василий Васильевич отправился сюда в 1902 году, в этой поездке его сопровождал один из соратников по Училищу живописи, ваяния и зодчества и «Миру искусства» Сергей Арсеньевич Виноградов; с ним Василий Васильевич ранее путешествовал по Волге. Вообще, Переплётчиков входил в число активно разъезжающих художников. До Русского Севера районами его творческих поездок, помимо Волги, являлись Ока, Протва, Кама, многие другие места Центральной России, Печерский монастырь, Финляндские шхеры, Урал и т.д.

Северу В.В. Переплетчиков посвятил двенадцать лет. Точной географии его поездок Архангельской губернии — в какие годы и куда он ездил, установить пока не удалось. Маршруты путешествий частично прослеживаются по названиям картинам художника и его публикациям. Это — область Подвинья (селения, расположенные по берегам Северной Двины), острова Северной Двины — Куростров и Охтостров, входящие в Холмогорскую Луку (один из древнейших районов заселения области русскими), р. Пинега, западное побережье Белого моря — от Кандалакши до Кеми, возможно, и южнее, Онежский берег и р. Онега, р. Сухона, Сийский и Красногорский монастыри, в 1913 году на пароходе Архангельско-Мурманского срочного пароходства художник плавал на Новую Земля и пробыл там два месяца (июль, август). Возможно, это лишь часть тех мест, где бывал В.В. Переплётчиков.

В.В. Переплетчиков. Селение Порог на реке Вонгуде. Картон, гуашь. 1911 год. 

Увиденное уже в первом путешествии по Северу произвело на художника неизгладимое впечатление: «Природа суровая и величавая, полная жуткой прелести и неразгаданной тайны. Солнце в этой стране светит целый день, так что теряешь в конце концов представление о времени. Не то день, не то ночь. В безбрежном океане мерещатся миражи, чудятся допотопные животные и в душу невольно заползает мистический ужас». Именно поэтому Василий Васильевич год за годом упорно отправлялся на Архангельский Север.

В.В. Переплетчиков. Белая ночь. 1907. Картон. гуашь, акварель. темпера.

Поездки В.В. Переплётчикова по Северу были тяжелы и опасны. Вот, например, как он писал о плавании по Белому морю в шторм и туман: «Било и трепало наш пароход почти весь двухнедельный рейс. Часов двенадцать стояли под туманом. Кругом ревущий океан, весь слившийся с белой мглой. Пароходные тревожные свистки и мерный, умирающий в пустом покрове тумана, звон колокола на вахте». Но даже несмотря на то, что «суров и неприветлив Север, но меня к нему тянет. Поеду опять к Ледовитому океану, к большим сильным людям». Стихия была явно ему «по вкусу», когда «вокруг все слишком уж спокойно, я ничего не могу чувствовать».

Среди серий его северных работ — «Север. Архангельская губерния» и «Север. Новая Земля», другие. далее >>

Соловки в обмен на эскизы. Интересное предложение для художников

От экскурсионного бюро “Независимые гиды”

Как-то так сложилось, что «Независимые гиды» поддерживают художников. Началось всё с Алексея Шеболдаева, профессора РГУ имени Косыгина. Профессор возит студентов на Соловки и Кузова; мы управляем Кузовами и не берём плату с его групп за размещение на архипелаге. Несколько лет назад Алексей Сергеевич начал «благодарить» меня дарением своих пейзажей и эскизов студентов – начала копиться небольшая коллекция. А с этого года мы кинули клич, что принимаем блогеров и художников у себя. С нас – проживание и питание, с художников – эскизы, с блогеров – посты и ссылки.

Подробнее читайте в блоге Олега Кодолы>>

Пленэр “Осень на Терском берегу”

В сентябре два чудесных художника, Алина Лесова и Анна Михайлова, проведут пленэр на Кольском полуострове, на берегу Белого моря, и вы еще можете успеть записаться.

Предполагаемая программа: 6 дней (с 16 по 21 сентября) по 2 мастер-класса – до обеда и после.

Места проведения: Умба (старинное поморское село, XV века), Колвица (море, сопки, водопад и милые деревянные домики на берегу) и Варзуга (старинное и когда-то крупнейшее село Кольского полуострова, там знаменитая деревянная церковь и тоже домики).

Стоимость: питание + проживание + транспорт = ориентировочно 11 т.р.
Участие в мастер-классах = 6 т.р.

Дополнительно к этому: проезд до г. Кандалакша (Мурманская железная дорога, примерно 20 ч от Санкт-Петербурга).

Количество человек в группе: 8-12 человек.

Для записи и дополнительных вопросов обращайтесь непосредственно к Анне Михайловой: eddy@bk.ru

 

Первые художники Русского Севера. Иван Яковлевич Билибин

Н.В. Вехов

«Что за зодчий был, который строил такие церкви!»

Огромное влияние Русский Север оказал на творчество выдающего отечественного живописца, известного оформителя книг сказок и журналов, автора открыток, создателя эскизов декораций для спектаклей Ивана Яковлевича Билибина (1876–1942). Его поистине подвижническая работа – фотографирование архитектурных памятников (церквей, хорошо сохранившихся гражданских объектов – жилых домов и иных крестьянских построек), сбор разнообразного этнографического материала (образцов народных вышивок, костюмов, одежды, изделий из бересты, туесов, игрушек и т.д.), написание картин и т.д., внесла имя художника в число наиболее заметных исследователей Русского Севера начала XX столетия. Путешествиям по северным губерниям Российской империи Иван Яковлевич посвятил три экспедиционных сезона, 1902-1904 годы.

Село Подужемье Кемского уезда Архангельской губернии.

Вот как сам художник писал о том, с чего начиналось его увлечение Севером. В 1899 году он провёл лето в Весьегонском уезде Тверской губернии. «С этого времени начинается мое ознакомление с деревней и русским народным творчеством». А лучшего знакомства с ними, чем в селениях Русского Севера, нельзя было представить. Поэтому «после трех летних пребываний в Весьег[онском] у[езде], начиная с лета 1902 г[ода], я начал ездить на Русский Север, в [губрнии] Вол[огодскую], Арх[ангельскую] и Ол[онецкую]. Я был командирован туда слагавшимся в то время этногр[афическим] отд[елом] Русского музея, быв[шего] Музея А[лександра] III. Я собирал северные крестьянские вышивки, резное дерево, вообще, северн[ые] народные изделия, а также делал громадное количество фотогр[афических] снимков со старинных деревянных церквей и крестьянских изб с их деталями, крыльцами, оконными наличниками и пр.» (9). По мнению Г.В. и С.В.. Голынцов, авторов монографии о художнике, «мечта о поездке в отдаленные районы Русского Севера, сохранившие старинный уклад, возникла у Билибина в процессе работы над акварелями к народным сказкам. Но осуществить ее он смог только летом 1902 года. Вскоре после окончания серии иллюстраций к «Белой уточке» художник совершил путешествие  в Вологодскую губернию. Здесь народное творчество открылось перед ним в своей первозданной красоте. На следующий год, получив задание Русского музея собрать коллекцию предметов художественного ремесла и сделать фотографии памятников деревянного зодчества, Билибин объехал Тотемский, Вельский и Сольвычегодский уезды Вологодской губернии и Шенкурский Архангельской» (10). Помимо этих территорий, за три года художник посетил Великий Устюг, Пудожский, Каргопольский, Петрозаводский и Повенецкий уезды Олонецкой губернии, Кемский уезд Архангельской губернии и Тверскую губернию. Все свои поездки Билибин совершал именно по поручению музея. Итогом поездок И.Я. Билибина стали две статьи – «Остатки искусства в русской деревне» и «Народное творчество Русского Севера» (11). Обе публикации – эмоциональный и объективный анализ состояния архитектурных объектов обширного региона – церквей, жилых домов, хозяйственных построек, а также многих сторон крестьянского быта, народного творчества жителей северных деревень.

далее >>

Тайны саамских родовых узоров

“А вы знали, что саамскую национальную одежду можно читать практически как книгу? Каждая деталь не случайна, каждый элемент узора что-то обозначает. Так, представители коренного народа очень любят геометрические узоры. Если перед вами ряд треугольников – это дорога от погоста к погосту, треугольники перемежаются точками – мужчины и женщины хоровод водят, если по краям треугольника кружки – это символ птицы, обозначающий, что перед вами барышня на выданье…”

Об истории и значении художественного оформления саамской одежды рассказывает Валентина Совкина – саамский политик, директор Кольского саамского радио, председатель “Куэлнэгк нёарк Самь Соббар” (Саамского Парламента Кольского полуострова). Подробнее с этой темой можно познакомиться в книге Анастасии Мозолевской и Екатерины Мечкиной “Саамские узоры” (2013).

 

Прислушиваясь к деревьям и камням. Норвежский художник Улаф Стурё

Это очень необычная публикация. Это разговор двух художников, влюбленных в Шпицберген. Норвежского художника Улафа Стурё, который живет на Шпицбергене уже двадцать лет, и нашего постоянного автора,  русского художника Анны Михайловой, которая первый раз увидела Шпицберген три года назад. А впервые опубликован этот материал был в журнале “Русский вестник Шпицбергена” – единственном в России и мире русскоязычном издании, целиком посвященном этому удивительному полярному архипелагу.

Анна Михайлова

Прислушиваясь к деревьям и камням

Улаф Стурё – известный норвежский художник, уже два десятка лет живущий на Шпицбергене. Его мастерская стоит на самом берегу фиорда. Сейчас, когда мы разговариваем через мессенджер фейсбука – он у себя в мастерской; день, должно быть, ясный – дом полон света.

–​ Улаф, я вижу, полярная ночь закончилась?

– Да, солнце возвращается на Шпицберген. С 15 февраля примерно три недели – мое любимое время, фантастически синие рассветные сумерки. Несколько дней назад, когда в городе еще не было солнца, мы поднялись на ледник, чтобы увидеть верхушки самых высоких гор, уже поймавших первые в этом году лучи. Солнце возвращается, и с ним вместе возвращается надежда – для каждого своя. А я с этой прогулки принес идею новой картины: несколько собак на склоне, голубой снег и вершины дальних гор залиты теплым светом – как свидетельство завершения полярной ночи.

Своеобразная природа Шпицбергена и переменчивый свет дают художнику широкий простор для творчества. Фото из архива Улафа Стурё.

 Улаф, вы ведь хорошо знаете Шпицберген, побывали в разных его уголках?

– Первые десять лет, пока я не обосновался в Лонгьире, я бывал на Шпицбергене наездами, жил в разных местах: в Ис-фьорд-радио, в Ню-Олесунне. Шпицберген был моей мечтой с детства. Друг моего отца обещал ему, что научит меня охотиться, ловить рыбу, жить в лесу – так что он брал меня с собой в свою лесную избушку. Там мне однажды попалась книга «Холодный берег», которую написал Хельге Маркус Ингстад, полярный исследователь, один из первых губернаторов Шпицбергена. Я прочел ее и понял, что просто должен туда поехать… Наша жизнь складывается из мыслей: вчерашние мысли превращаются в сегодняшнюю реальность, а то, что у нас в голове сегодня, определяет нашу завтрашнюю жизнь. Так и я: думал-думал о Шпицбергене – и вот оказался здесь.

далее >>

Выставка “Живые символы Арктики”

Ирина Ситдикова приглашает на персональную выставку “Живые символы Арктики”, которая будет проходить в Мурманске с 4 мая по 5 июня 2018 года, по адресу: просп. Ленина, 82, Бизнес-центр Арктика, 2 этаж. Большинство работ можно будет приобрести.

Первые художники Русского Севера. Карл Христианович фон Редер

Вторая статья из цикла, посвященного первым художникам Русского Севера.

Николай Владимирович Вехов

«Молодой человек, имеющий геогностические сведения и готовый ко всяческим лишениям»

В 1837 г. в России была организована академическая экспедиция на Новую Землю под руководством одного из известнейших в стране естествоиспытателей, ординарного академика Петербургской Академии наук Карла Максимовича Бэра (1792 — 1876). Результаты этой экспедиции в своё время были не полностью изданы, да и то лишь на немецком языке, ныне они почти не известны широкому читателю. По обычаям того времени в подобные путешествия брали художников, чтобы те запечатлевали увиденные достопримечательности «новых земель», события и многое другое. В составе экспедиции К.М. Бэра также был художник Карл Христианович фон Редер (1800-?). Его картины, вернее рисунки, хотя их часто, как было принято в старину, называли таблицами, стали первыми, достоверно отображающими Арктику и её главные природные особенности. О К.Х. фон Редере известно очень немного: он преподавал минералогию и горную технику в Технологическом институте и Санкт-Петербургском пробирном училище. В 1840 г. Редер посетил и восточные регионы Лапландии, часть которых входила в состав Российской империи.

«При разборе в 1933 г. на складе Академии Наук старых изданий неожиданно нашлись в небольшом количестве рисунки, иллюстрирующие путешествие акад. К.М. Бэра в 1837 г. на Новую Землю. Исполнены они были художником Редером (Rader), сопутствовавшим Бэру в его экспедиции. Редер, бывший в то время студентом Горного института, и вместе с тем горным чиновником СПб. Монетного двора (гиттенфервальтером), а также преподавателем рисования в школе при Монетном дворе, был рекомендован Бэру не только как художник, но и как «молодой человек, имеющий геогностические сведения и готовый ко всяческим лишениям»». Серия этих рисунков в количестве семи, переведенная на камень W. Раре в литографии Тюлева, должна была составить предназначавшийся для продажи альбом, под заголовком „К.Е. Baer’s Reise auf Nowaja Semlja”. Однако дело до этого не дошло ввиду того, что, будучи отвлечен другими работами, Бэр не дал к уже готовым таблицам необходимого объяснительного текста. Так эти иллюстрации и пролежали на складе Академии, не увидев света, 96 лет (срок на момент публикации цитируемой статьи М.М. Соловьёва. – Н. Вехов). Между тем они заслуживали другой участи. Рассматриваемые рисунки представляют собой ценный материал в ряду весьма скудных данных, имеющихся об этой экспедиции. По словам исследователя Новой Земли, А.И. Толмачева, они настолько точно воспроизводят новоземельские картины природы, что не лишены и сейчас естественно-научного значения. Но прежде всего они интересны для истории науки, как изображения Новой Земли, воспроизведенные около ста лет назад очевидцем-художником под наблюдением крупнейшего естествоиспытателя Бэра. Наконец, нельзя отказать им, по отзывам компетентных лиц, и в чисто художественном значении.

Это очень типичные для своего времени литографии с авторской акварельной окраской, весьма характерные для раннего периода литографской техники. Произведения эти представляют собой прекрасно разработанные, тонко сделанные пейзажи, несомненно свидетельствующие о незаурядном даре опытного художника-пейзажиста. Менее удавались Редеру, повидимому, человеческие фигуры, судя по группе самредов на одном из его новоземельских рисунков. Зато вид на лапландскую деревню Пялицу должен был бы, по мнению специалиста по литографии П.Е. Корнилова, занять место в ряду литографий Русского музея.

<…> Содержание исполненных Редером таблиц таково. Одна из них представляет собой стоянку экспедиции в Белом море у Лапландского побережья». Это был первый пункт отправившейся из Архангельска на шхуне «Кротов» экспедиции, которую художник запечатлел на своей картине.

Шхуна «Кротов». Художник К. Редер

далее >>